Irin (irin_v) wrote,
Irin
irin_v

Что такое культура?

1-3-760x500

Мы вступаем в «эпоху дилетантов» — культура стремительно меняется вслед за технологиями. Школьник может сделать на телефон кадр, за которым профессионалы раньше гонялись всю жизнь. Наш собеседник — Александр Коротич –
признается, что надеется дожить до того времени, когда домохозяйки смогут сами снимать «Санта-Барбары» вместо того, чтобы смотреть чужие

Александр Владимирович, что такое культура?

«Культура» — термин земледельческий. Подобно агроному, человечество отбирает лучшее из мира искусства, чтобы взрастить на этих образцах своё следующее поколение. Так было всегда, но культура, в том виде как мы её знаем, появилась не так давно.

Многие века искусство было функционально. Церковное искусство было частью церкви, площадное искусство развлекало ярмарки и базары, светское искусство украшало жизнь знати и так далее. Искусство было неотделимо от своего носителя: песня украшала праздник, а картина украшала дом. Но во времена Французской революции, конфискованные у богачей статуи, картины и ценную утварь решили собрать в один дворец для обозрения широкой публики. Так появился первый музей. Для музыки создали концертные залы, из многих частных библиотек собрали одну публичную. Новые культурные институты стали по сути резервациями, в которые поместили произведения искусства, оторванные от своих естественных носителей.

С этого момента ситуация радикально изменилась: если раньше искусство украшало жизнь человека и служило ему, то теперь человеку приходилось идти на поклон к искусству. Расхожее выражение «храм искусства» хорошо иллюстрирует появление признаков культа искусства. В последствии преклонение перед личностями творцов и результатами художественного творчества привело к кризису культуры.

Люди любят произносить слово «культура». При этом они представляют себе этакую чопорную барышню, которая распахивает двери библиотек и концертных залов, чтобы несведущие и безграмотные приобщились к духовным сокровищам. Да, такой культура была ещё в конце XIX века, но потом всё изменилось.

Что происходит с культурой сегодня?

За прошедшее столетие в состав культурных институтов активно вошли средства массовой информации: радио, телевидение, интернет. Это не просто примета наступившей эпохи информационных технологий, это новые мощные фильтры для формирования общественных вкусов и воздействия на общественное сознание.

Люди из политики и люди из торговли осознали, что человека не поймаешь на улице, не заставишь его голосовать за кого-нибудь или покупать что-нибудь. Постепенно сформировалась целая система манипулирования людьми при помощи культуры. Человек может легко противостоять призывам политиков и корпораций, но он беззащитен перед волшебной силой искусства. Мы смотрим фильм — и не подозреваем, что в это время нам что-то продают. Продают американскую армию, лучшую на свете, продают сок, продают автомобили, продают образ жизни и мировоззрение.

Если раньше искусство украшало жизнь человека и служило ему, то теперь человеку приходилось идти на поклон к искусству
Сегодня культура представляет собой весьма токсичную среду, заражённую коммерческой и политической конъюнктурой. Product placement в самом широком смысле этого выражения пронизывает её сверху до низу. Косвенные признаки деградации культуры можно, к примеру, увидеть и в рынке искусства, на котором «произведения», выполненные гвоздём на куске картона за пятнадцать минут или препарированные животные, продаются за суммы сопоставимые с годовым бюджетом небольшой страны. Пусть это звучит страшновато для обывателя, но, думаю, что культура должна умереть.

Давайте представим себе самое страшное: в один прекрасный момент все, что имело человечество в плане культуры, погибнет. Что тогда случится с человечеством? Оно деградирует? Вымрет? Наверняка найдётся множество поборников культуры, которые так и думают. Но мне кажется, что ничего ужасного не произойдет. Просто человек создаст новые произведения искусства. Ведь искусство — по сути, абсолютно бесполезная с точки зрения жизнеобеспечения вещь – является главной внутренней потребностью человека и отличает его от всех остальных существ. Человек инстинктивно насыщает искусством среду вокруг себя, достраивая реальность – создает то, чего в ней не было, но что ему очень хотелось бы иметь.

Классической культуры больше не будет?

Обывателя всегда успокаивают фразы типа: «Ну, раньше ещё и не такое бывало», «В конце концов всё возвращается на круги своя». Но сегодня, к счастью или к несчастью, мы находимся в центре циклона, который навсегда изменит человечество. Грядёт глобальная экономическая реформа, которая похоронит капитализм. Заканчиваются вещи, которые считались вечными. Например, закончились композиторы. Не верите? Проведём простой эксперимент: попробуйте вспомнить трех великих композиторов XIX века – легко. А теперь попробуйте припомнить трех великих композиторов из ныне живущих. Оказывается, что это не так уж просто!

К счастью или к несчастью, мы находимся в центре циклона, который навсегда изменит человечество. Грядёт глобальная экономическая реформа, которая похоронит капитализм
Значит ли это, что все композиторы перевелись? Конечно же нет, композиторы существуют и продолжают писать музыку, но о них мало кто знает. Культурный фокус ушел из этого пространства. А это означает, что с точки зрения культуры композиторов больше нет. Этот интересный опыт не столько про композиторов, сколько про нас с вами. Попытка сознания отгородиться от быстро меняющейся реальности приводит к тому, что мы представляем себя совсем не такими, какими мы являемся в реальности.

ЭПОХА ДИЛЕТАНТОВ, «ЛАЙКОВ» И СТРИТ-АРТА

Правильно ли я понимаю, то на обломках старой культуры рождается новая?

То новое, что рождается сегодня в искусстве, очень интересно, но стоит ли это называть «культурой» — большой вопрос! Понятно одно – новое искусство показывает, что человечество меняет свою точку зрения на мир. Это не значит, что будут расти другие деревья или будет другое небо над головой. Но человечество должно изменить отношение ко всему – к людям, к животным, к окружающей среде, к политике, к экономике. Мы уже можем наблюдать, как начинается восхождение новых звезд, новых форм и новых смыслов.

Искусство попытается изменить свое отношение первым?

Художник всегда первым чувствует ветер перемен. Например, уже довольно давно появился street-art. Можно на это смотреть и так: вандал взял баллончик и испачкал стену. Но на самом деле произошло вот что: далеко не всегда дружелюбная среда современного мегаполиса наконец обрела возможность разговаривать с горожанами на языке человеческих образов. И это принципиальный поворот в отношениях между человеком и городом. Город постепенно превращается в галерею. Художник безвозмездно дарит вам свой взгляд на мир, и вы вместе с ним становитесь соучастниками городской жизни. Это почти то же самое, как если бы Леонардо повесил «Джоконду» у вас на стене.

Человек всегда благоговел перед красотой природы. Но когда хороший художник добавляет свой талант к естественным образованиям, результат может оказаться подобным чуду. Это искусство назвали land-art. Если забинтовать стволы деревьев таким образом, что линия забинтованных стволов сливалась бы с горизонтом, или, к примеру, умудриться поставить много камней один на другой так, чтобы они замерли в состоянии неустойчивого равновесия, то это станет знаком нашего нового отношения к природе.

Уверен, что нас ожидает эпоха боди-арта – не в смысле расписывания тела красками, а в смысле того, что пластическая хирургия начнет заниматься полновесным художественным моделированием тела. Это вас шокирует? Вспомните, что не так давно сделать наколку на коже считалось маргинальным актом, а сейчас мы уже имеем поколение татуированных бабушек. И это только начало.

Мы говорим о рождении нового искусства?

Скорее про новую точку отсчета. Понятие «красота» из искусства ушло уже почти сто лет назад. Невозможно представить, чтобы кто-то сказал о современном искусстве, что это «красиво». Не знаю, как вы, но у меня глядя на распиленную корову Дэмиана Хёрста, не возникает потребности использовать этот термин. Понятие «красиво» заменило понятие «интересно». Оно означает, что сегодня человек готов воспринимать в искусстве некрасивые вещи, которые несут в себе новый смысл.

Можно ли сказать, что искусство становится более социальным?

Я бы сказал, что мы вступаем в эпоху дилетантов. Человек снимает на телефон – и он уже фотограф. Обычный школьник может сделать на телефон снимок птички, за которым профессионал гонялся со своей дорогущей техникой всю свою жизнь – и не сделал. Все мы становимся живописцами поэтами и музыкантами, а компьютерные технологии помогают нам в этом. Когда человек демонстрирует свой талант, его социальная ценность возрастает. А «лайки», которые сегодня человек набирает в социальной сети, становятся важнее денег – это новая форма социальной идентичности homo networks. Я очень надеюсь, что доживу до времени, когда домохозяйки сами будут снимать сериалы типа «Санта-Барбары» и обмениваться ими.

Я – ЧЕЛОВЕК, И Я БУДУ МЕНЯТЬСЯ

В 50-х годах люди, говоря о будущем, мечтали о космосе, а о чем они мечтают сегодня?

Я родился в 1960 году, за год до полёта Гагарина. В детстве мы ходили в павильон «Космос» на ВДНХ полюбоваться на ракеты и спутники, не сомневаясь, что очень скоро мы сами полетим на далёкие планеты. Но человечество предало свою мечту и отвернулось от неба, и в 90-х годах в этом павильоне стали торговать семенами и саженцами – ничего более земного и представить нельзя. Это символ важного поворота в сознании людей. Прогресс оказался настолько быстр и агрессивен, что люди начали бояться будущего, которое лишит их мир привычных очертаний.

Человек просыпается – и первое, что он слышит: ребята, скоро выходит новый гаджет, смотрите, какие там возможности! А человек и не просил об этом. Ему приходится на бегу придумывать, как использовать все неисчислимые блага, которые сыплются на его голову. Задним умом мы понимаем, что без всего этого мы совершенно спокойно можем обойтись. Но технический прогресс неумолимо тащит нас вперед. От этого возникает неприятное ощущение кессонной болезни – время мчится нам навстречу с бешеной скоростью, а мы хотим зацепиться за что-то устойчивое. Отсюда — расцвет всевозможных видов фундаментализма, и не только религиозного. К примеру, мода на неряшливый «рукотворный» стиль в современном дизайне, как антитеза безукоризненной «цифре» — очевидное стремление возврата к гуманистическим ценностям.

Человек не хочет меняться …

Очень важно избавиться от любого фундаментализма внутри себя и измениться.

Я чувствую запах перемен, я иду им навстречу и пытаюсь измениться сам. Вот этого стремления – измениться вместе со временем и идти вперед — многим не хватает. Это вовсе не означает, что мы должны выбросить всё старое. Просто мы должны посмотреть на себя и окружающий нас мир под другим углом. И честно признать, что мы стали другими, что уходят в прошлое ценности и ориентиры, которые казались незыблемыми ещё десятилетие назад.

Посмотрите «Счастливый фильм» («The Happy Movie») известного нью-йоркского дизайнера Стефана Загмайстера, который в середине жизни решил, что нужно использовать все возможные способы для того, чтобы стать счастливым. Он начал экспериментировать, пытаясь отказаться от своих привычных представлений, чтобы что-то изменить в своём сознании. Этот потрясающе интересный и красивый фильм — редкий случай, когда человек с рефлексией может задуматься и поверить в возможность перемен изнутри.

Большинство же меняет точку зрения болезненно под неумолимым давлением внешних обстоятельств, воспринимая это как ухудшение мира, а не как собственную эволюцию. Лет двадцать назад антропологи заявили, что человек мутирует. Это в определенной степени внушает оптимизм. Люди изменятся физически, изменится мозг, разумеется должны измениться и социальные роли, и базовые ценности человека.

Но для этого должна измениться система образования…

На сегодняшний день в школах используется модель образования, придуманная в Германии больше ста лет назад для того, чтобы выращивать рабочих для заводов и клерков для контор. Обществу нужны были дисциплинированные люди, которые знали, что такое порядок, умели писать, считать и обладали базовыми навыками для того, чтобы исполнять простые производственные операции.

С тех пор мир сильно изменился, и мы тоже. Новое время обязывает нас вместо рабочих выращивать творцов. Наш мозг, воспитанный в ХХ веке, во времена информационного дефицита, является складом заведомо избыточной информации, большинство которой так и не пригодилось нам в жизни. С одной стороны, это помогает нам в решении некоторых задач, но с другой стороны, этот багаж серьёзно ограничивает свободу сознания, столь необходимую для создания новых смыслов.

Есть ли смысл заставлять школьников запоминать толстые тома быстро устаревающих сведений в эпоху информационного изобилия, когда вся память человечества становится доступной по нажатию одной клавиши? Может лучше потратить школьные годы на то, чтобы обучить ребёнка инструментам обработки информации, коммуникационным технологиям и методологии творчества?

Новое время обязывает нас вместо рабочих выращивать творцов
Рискуя навлечь на свою голову проклятия поборников культуры, я хочу сказать, что именно в «бескультурье» нового поколения — наша надежда. Нужно понимать принципиальную разницу между нашим сознанием и сознанием поколения, выросшего в информационную эпоху. Мы мыслим «исторически», то есть для нас все сведения имеют смысл если они встроены в некую причинно-следственную цепочку.

У современных молодых людей всё по-другому: они словно находятся на острове посреди информационного океана. Засовывая руку в пучину, они достают то, что им нужно, зачастую не задумываясь какой исторической эпохе и какому контексту принадлежит эта форма или смысл. Это и есть свобода нового времени и нового сознания. Хотелось бы, чтобы образование поскорее изменилось с учётом новых реалий.

СОЦИАЛЬНЫЙ МЕГАМОЗГ И НОВОЕ ИСКУССТВО

Как бы Вы описали феномен социальных сетей?

Мне кажется, что уже можно смело говорить о феномене сетевого сознания. Это принципиально новый тип социальности, когда одиночное высказывание может вызвать волну в миллионы откликов. Словесные баталии, развернувшиеся в сетях по поводу идеологических или политических разногласий, троллинг и другие формы провокаций создают впечатление агрессивного хаоса. Но это не так. Просто человечество находится в процессе выработки новых правил поведения. Сегодня никому не надо объяснять, что можно, а что нельзя делать в общественных местах – это воспитывается в каждом с младых ногтей. Скоро то же самое будет и в сети.

Мне бы хотелось, чтобы сеть скорее пережила подростковые прыщи чтобы превратиться в настоящий мегамозг, который может создавать вещи, неподвластные одному человеку. Два десятка или два миллиона талантливых людей, которых сеть объединит в одном деле, могут создать нечто действительно уникальное. Раньше собрать такой творческий коллектив было очень трудно — сейчас же социальная сеть к этому почти готова.

Социальные сети помогают человеку осознать себя?

Это то, что антропологи называют «новой идентичностью». Ещё пару десятилетий назад личность идентифицировала себя через пересечения социальных множеств, например: «мужчина, студент, русский, спортсмен, холост». Сегодня общество заметно начинает рассыпаться на индивидуумов, которые самоутверждаются не через групповую общность, а напротив, через свою уникальность. Достаточно пролистать личные страницы пользователей соцсети, чтобы увидеть, какие мы все разные!

 Сегодня общество заметно начинает рассыпаться на индивидуумов, которые самоутверждаются не через групповую общность, а напротив, через свою уникальность
Каждая страница представляет собой таймлайн – личную историю пользователя. Я могу отмотать чтобы найти фотографию и все, что я написал год или два назад. Это очень важно – осознание того, что я существую в какой-то момент своей личной истории. Сеть делает каждого из нас героем уникального реалити-сериала.

Каждый из нас имеет возможность увидеть чужой таймлайн, пролистать его и оставить в нём свой след. Жизнь и искусство неумолимо ведёт нас к сериалу. Человеку уже неинтересно один раз прикоснуться к образу, ему хочется, чтобы чужая история постоянно присутствовала за соседней дверью: заглянул в щелку, подсмотрел продолжение. Сериальная форма позволяет нам «коллекционировать» чужие жизни, повышая таким образом ценность своей собственной.

Коро́тич Александр Владимирович
Советский и российский художник, дизайнер, писатель и педагог.

http://www.russia2035.ru/korotich-interview/
Tags: Психология, интересное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 83 comments