Irin (irin_v) wrote,
Irin
irin_v

Вкладчику какая разница неграмотное управление рисками или воровство? Непрофессионализм хоть как

Оригинал взят у mmironov в Неправильное управление рисками или воровство?
               
Мой пост про воровство в банковской сфере (https://mmironov.livejournal.com/27682.html) вызвал неоднозначную реакцию среди профессионального сообщества. Многие считают, что основная причина проблем – это все-таки неправильное управление рисками, а не воровство. Вот пример типичного комментария: «И еще мне крайне не понравилось, что Максим Миронов приравнивает завышенные риски к прямому воровству…» https://web.facebook.com/konstantin.sonin/posts/1940830519276807?comment_id=1941318619227997&comment_tracking=%7B%22tn%22%3A%22R8%22%7D

Действительно, при поверхностном рассмотрении приведенных мной примеров (см. https://mmironov.livejournal.com/27682.html) может показаться, что это неправильное управление рисками. Однако если рассмотреть ситуацию в деталях, то можно убедиться, что это все-таки воровство денег вкладчиков и государства, то есть налогоплательщиков.

Начнем с того, что рассмотрим, чем отличаются банки от других фирм. Самое важное отличие – это соотношение собственных и заемных средств. К примеру, в США,
у средней фирмы доля заемных средств в капитале составляет 30-40%, а у многих крупнейших фирм (Apple, Facebook, Microsoft) чистый долг близок к нулю или даже отрицательный. В России доступ к финансированию у фирм хуже, чем в США, поэтому, скорее всего, у типичной российской фирмы доля долга в капитале еще меньше. С банками ситуация кардинальным образом отличается. У стандартного российского банка доля заемных средств составляет 85-90%.

Рассмотрим следующий пример. Доходность в экономике на безрисковые проекты – 10% годовых. Есть также возможность вложить средства в рисковый актив. В случае роста экономикидоходность у него +50% годовых. В случае падения - -50% годовых. Вероятность роста и падения одинаковая – 0.5. Какое инвестиционное решение примет фирма, у которой общий капитал 100 рублей и доля заемных средств в капитале 30%? По долгу фирма обязана заплатить 10% годовых. Изначальный капитал фирмы - 70 рублей акции и 30 рублей долг. Если она 100 рублей вложит в безрисковый актив, через год получит 110 рублей (100+10%*100). Из них 33 рубля (30+10%*3) она должна будет вернуть кредиторам, и акционеры получат 77 рублей (110-33). Если она 100 рублей вложит в рисковый актив, то будет два сценария. Если рынок вырастет, то фирма получит 150 рублей, 33 рубля должна будет вернуть кредиторам, 117 останется акционерам. Если рынок упадет, то фирма получит 50 рубля, 33 рубля должна вернуть кредиторам, 17 рублей останется акционерам. Итого, ожидаемое поступление кредиторам 33 рубля (0.5*33+0.5*33). Ожидаемое поступление акционерам – 67 рублей (117*0.5+17*0.5). Менеджмент (который представляет интересы акционеров) предпочтет вложить средства фирмы в безрисковый проект, так как он приносит ожидаемые поступления для акционеров 77 рублей, тогда как рисковый проект дает только 67 рублей. Кредиторы в обоих случаях получат ожидаемый доход в 33 рубля.

Теперь рассмотрим пример банка, у которого 90% капитала – депозиты (долг), 10% - собственный капитал (акции). Если банк вложит весь капитал в безрисковый проект, то получит 110 рублей Из них 99 рублей (90+10%*90) должен будет вернуть вкладчикам, и 11 рублей останется акционерам банка. Если банк вкладывает средства в рисковый актив, то в случае подъема экономики он получает 150 рублей. Из них 99 рублей должен вернуть вкладчикам, акционерам остается 51 рубль. Если экономика падает, то банк получает 50 рублей. Он банкротиться, так как не может полностью расплатиться с кредиторами, и вкладчики получают 50 рублей - все, что есть у банка. Акционеры не получают ничего. Ожидаемые поступления акционерам равны 25.5 рублей (0.5*51+0.5*0). Ожидаемые поступления вкладчикам 74.5 рубля (0.5*99+0.5*50).  Какой вариант выберет менеджмент? Конечно же, вложение в рисковый актив. Ведь в случае безрискового варианта инвестиций ожидаемый доход акционеров был 11 рублей, а в случае рисковых инвестиций 25.5 рубля (разница +14.5). Однако мы видим, за чей счет «банкет». В первом случае вкладчики получают ожидаемый доход 99 рублей, а во втором только 74.5 рубля (разница -24.5), то есть, по сути, акционеры обворовывают вкладчиков, перекладывая деньги из их кармана в свой и еще теряя часть по дороге.

Могут ли акционеры фирмы из первого примера ошибиться и вложиться в рисковый проект? Могут. Но тогда основные потери понесут они. Их ожидаемый доход будет 67 рублей вместо 77 рублей. Именно поэтому контроль за вложениями фирм намного менее строгий, чем за банками – на банки накладывается много ограничений, как они могут инвестировать средства. Ведь если хозяева фирм ошибаются, то страдают, прежде всего, они сами, и поэтому у них есть все стимулы не ошибаться. Если же они вдруг банкротятся, то они несут основные потери и просто уходят с рынка. В случае «ошибок» банка страдают, прежде всего, не акционеры, а те, кто доверил банку свои средства в управление. Если государство не хочет допустить банкротство банка, то потери оплачивают из кармана налогоплательщиков. Грубо говоря, обычные фирмы, если решат играть в рулетку, играют на свои, а банки играют на средства вкладчиков/налогоплательщиков, причем выигрыши идут в карманы банкиров, а проигрыш оплачивают вкладчики/налогоплательщики.

 В случае с «Открытием», «Бинбанком» и другими банками акционеры играли именно в такую лотерею, когда в случае успеха (рынок вырос) они становились бы супер-богатыми владельцами крупных банков, а в случае неуспеха (рынок упал/стагнирует) разорялись, перекладывая все убытки на вкладчиков/налогоплательщиков. Причем они не только играли, но и отчетливо понимали, что они играют именно в такую лотерею. Основной владелец Бинбанка Микаил Шишханов в интервью РБК сказал: «Бизнес-модель, которую я избрал для развития моей банковской структуры, оказалась немножко агрессивной, и эта модель работала на растущем рынке, или хотя бы на стабильном, но не на падающем. А когда рынок стал падающим — реализовался бизнес-риск.” http://www.rbc.ru/interview/finances/21/09/2017/59c2fc469a79471bd4d52edc Во-первых, не очень понятно, почему акционеры «Бинбанка» рассчитывали модель, исходя из растущего рынка. За три года, с января 2014 по январь 2017, активы банка выросли более чем в 5 раз, с 214 млрд до 1093 млрд рублей (https://www.vedomosti.ru/finance/characters/2017/09/25/735139-hochu-vsem-pokazat). Все это время (как и несколько предыдущих лет), экономика находилась в стагнации. Рост ВВП России 2013 – 1.4%, 2014 – 0.7%, 2015 – -2.8%, 2016 – 0.2%, в 2017 ожидается рост около 2%. Но дело не в том, ошибся или нет в своих прогнозах менеджмент «Бинбанка» (хотя особых оснований верить в какой-то быстрый рост в период, когда «Бинбанк» быстро наращивал активы, просто не было). Дело в том, что его бизнес-стратегия – это игра в рулетку. Если будет рост – мы разбогатеем, а если стагнация/спад, то счет придется оплачивать вкладчикам/государству. Эта стратегия изначально приносит значительный положительный доход акционерам и такой же значительный (или даже больший) убыток для вкладчиков/налогоплательщиков. На рулетке для «Бинбанка» выпало неправильное число. Весь счет за их игру в результате покрывают налогоплательщики. А если бы выпало счастливое число, например, нефть взлетела до 150 долларов и/или с нас сняли санкции, то вся прибыль ушла бы в карман талантливых акционеров. Налогоплательщики и вкладчики не могут выиграть в эту игру при любом сценарии. В лучшем случае, они остаются при своих.

И активная скупка/санация проблемных банков на средства ЦБ (то есть за счет налогоплательщиков), и инвестирование средств банка в фондовый рынок (покупка акций компаний) – это, по сути, игра в лотерею. Менеджмент и акционеры «Открытия» и «Бинбанка» - образованные и опытные профессионалы. Они не хуже меня знают, что такое risk shifting и к каким последствиям он ведет. Он ведет к перекладыванию средств из карманов вкладчиков/бюджета в карманы акционеров. Они шли на такую стратегию сознательно, а не потому, что неправильно рассчитали риски. Цель банка – обеспечить гарантированную доходность на средства вкладчиков - и в момент спада, и в момент роста. Банк не должен брать средства вкладчиков и размещать их на фондововом рынке. Если вкладчики захотят разместить свои деньги с более высокой доходностью, они сами смогут это сделать. К примеру, с 1999 по 2008 г. средняя доходность фондового рынка была 50%, а ставки по депозитам – порядка 10%. Люди несут деньги в банки, чтобы обеспечить себе гарантированный (поэтому невысокий) доход на свои сбережения, и обязанность менеджмента банка – размещать средства вкладчиков в активы соответствующего качества, а не играть на них в лотереи, инвестируя в рисковые активы.

Чрезмерная выдача кредитов компаниям собственника – это тоже воровство. Почему компании собственника кредитуются в банке собственника? Потому что им это выгодно, они получают финансирование дешевле, чем на рынке. Если, к примеру, девелоперская компания собственника может на рынке получить финансирование под 18%, а в банке собственника получает под 12%, то это воровство. Ведь вкладчики банка недополучают 6% годовых. Более высокая премия, которую требует рынок, объясняется повышенным риском. Чем выше риск, тем выше вероятность дефолта, тем выше стоимость денег должны платить компании банку, чтобы вкладчики получали необходимый доход. Если собственник по заниженным ставкам кредитует свои компании, то, по сути, он обворовывает своих вкладчиков, не выплачивая им справедливую премию за риск, то есть в итоге их ожидаемый доход может быть даже отрицательным. Еще хуже ситуация, когда компании собственника вообще не могут получить финансирование на рынке. Значит, рынок вообще не верит, что компании могут вернуть средства с разумной доходностью, поэтому не хочет давать им денег. Тогда вкладчики банка подвергаются гарантированному убытку – они выдают средства с ожидаемой отрицательной доходностью. В результате этих схем в выигрыше остается собственник банка – он получает финансирование своим компаниям по цене, дешевле справедливой. В проигрыше – вкладчики/налогоплательщики, т.к. выгоды собственника достигаются за счет ожидаемых убытков банка.

Другие способы воровства, приведенные в моем предыдущем посте (вывод активов и фальсификация отчетности), более очевидны, поэтому я не буду объяснять их подробно.

Можно, конечно, утверждать, что когда менеджмент банка инвестирует средства вкладчиков в очень рисковые активы, или когда занимается массовым поглощением других банков за счет средств бюджета, или когда слишком много выдает средств одному заемщику (почему-то всегда аффилированному с собственником), или еще что-то в этом роде, то это неправильное управление рисками. Но это как утверждать, что кассир, который часто ошибается (но почему-то всегда в свою пользу), не умеет считать. Кассир умеет считать, просто когда его ловят за руку, всегда лучше свалять дурачка и сказать, что, дескать, ошибся, бывает, не судите строго. Также и многие банкиры. Они целенаправленно играют стратегии, описанные выше. Когда же на рулетке выпадает неправильное число, то они тут же каются и говорят, что неправильно рассчитали риски. Все правильно они рассчитали, просто их стратегии изначально предполагали, что их ожидаемые прибыли происходят за счет ожидаемых убытков вкладчиков/налогоплательщиков. Иными словами, это перекладывание средств из одного кармана в другой – из кармана вкладчиков/налогоплательщиков в карманы банкиров. А это и есть, по сути, воровство.
Tags: Экономическое
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments