Irin (irin_v) wrote,
Irin
irin_v

Categories:

Смыслов много, а смысла нет

Сегодня из телевизора несется мне в спину: «Это придало новые смыслы их жизням».

Хорошо сказано, много - лучше, чем один.

Не раз спрашивали суровым тоном: «В чем смысл твоей жизни? »

При попытке ответить, всегда почему-то получалось, что ты размениваешься на все понемножку, коптишь тут небо, утрачивая тот самый, единственный, ради которого надо жить, бороться и идти на подвиг. 

А теперь  стало тепло, сухо и комфортно, смыслов  много, столько же, сколько и потребительских предпочтений, как у Вини-Пуха – «... И того, и другого, и можно без хлеба!»

        И сегодня по тому же телевизору и по той же программе шел очень среднего качества фильм о ленд-лизе и Северном морском пути.

Тема эта не из раскрученных, но для меня, выросшей в семье, в которой все мужчины воевали, она знакома с детства. Я  еще застала  полученный  на фронте по ленд-лизу  английский свитер, правда  с  заштопанными  локтями и в качестве чистошерстяного антигриппозного средства в койке при ознобе.

По молодости я его лихо распустила, чего-то добавила  и связала дивный длинный шарф, безмерно меня украшавший, особенно, если я им заматывалась по самый лоб.

       Но не только рассказы о свитерах, тушенке и крабах слышала я от взрослых.

Еще говорили тихо, не для детей,  о северном караване.

Даже  бывшие фронтовики считали, что тяжесть  боев  и размеры потерь не для детских ушей.

Двоюрный брат отца, старше его, взрослым, сложившимся человеком плавал  карабельным хирургом Северного флота.

Р. Плятт блестяще играет такого хирурга в фильме М.Хуциева «Послесловие».

Спирт вместо анестезии и ампутации, ампутации, сутками,  в штормящем море, сверху бомбардировщики, снизу подлодки.

Интересно, на сколько «смыслов» разбивалась в те годы жизнь этого уже не молодого, очень тихого, худого, книжного, по сути совершенно гражданского военврача.

Ему я обязана своей любовью к поэзии, он подкидывал мне почитать переплетенные в веселый ситчик пожелтевшие сборники Бальмонта, Ахматовой, Гумилева.

Он привил мне интерес к Востоку, к древней Азии, которую он застал практически неприкосновенной в 20-е, когда СССР боролся с басмачами, а мобилизованные врачи боролись со средневековыми болезнями в Бухаре и Самарканде.

Врачи победили, он выжил, он, наверное, был любимчиком богов, со своей тихостью и своими книжками.

Но Азия так и не отпустила его.

Всю жизнь он собирал поштучно фарфор.

Коллекция его давно  в музее народов Востока, оставлена в дар по завещанию.

Да и то сказать, какие у него были смыслы, людей спасать, да пиалы собирать
.
      Наверное, не всегда много - лучше, чем один.

Все-таки эти бесконечные «смыслы» из которых состоит наша бессмысленная жизнь, должны выкристаллизовываться во что-то главное, глобальное для каждого, чтобы можно было потом, в тот самый, последний, сказать растиражированный слоган- «и все-таки я сделал это», а не перебирать четки из устремлений и поражений.

          В связи с мировым и к тому же финансовым, несколько притормозились поиски национальной идеи, а по-моему, так  и совсем прекратились.

Теперь вместо неё поиски инвестиций.

Зато реализовалась  межнациональная идея, играющая всеми гранями и переливающаяся всеми цветами от голубого, цвета газа,  до красного.

          Вспоминая тех, ушедших, я   пытаюсь и не могу понять, как они умели на трагическом историческом фоне  находить вектор своей жизни, жить по совести.

И еще я думаю, как бы нам самим этому научиться, чтобы элементарные навыки гигиены души передать своим детям, чтобы наши дети, как многие поколения их дедов и прадедов  смогли  отделять смыслы от смысла и зерна от плевел.
Tags: ЖЖенская логика, Житейское, Семья
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 101 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →