Irin (irin_v) wrote,
Irin
irin_v

Глас технаря в пустыне

Под катом пост моего френда  doldonius

Давний пост, вспомнил он о нем после прочтения по моей наводке книги шведских экономистов. Как я понимаю по его комменту, это было последней каплей:)

Понимаю я его, как несостоявшийся технарь, до сих пор комплексующий по  поводу  своей несостоятельности, понимаю.

Понятно, что  без технаря мир  погибнет, но и без того кто будет ломать голову над тем, где достать деньги  технарю на железки и на прокорм его семьи,  мир  не вылезет из гаража, в котором  из консервных банок строится машина времени.

 А теперь пост:

Технарь -- если это, конечно, настоящий технарь -- помешан на совершенстве. Выжать из железяки все, на что она способна, и полпроцента сверх того, забабахать новую железяку, которая тикает еще быстрей и громче, преподнести миру чудо производительности и надежности в скромном жестяном корпусе -- дайте ему шанс это сделать, и он будет счастлив.

Финансист -- если, конечно, это настоящий финансист

-- загипнотизирован коловращением бабла. Его счастье -- выжать из производства как можно больше прибыли на каждый вложенный юань. Преследуя свой драгоценный минимакс, он с такой же легкостью жертвует техническим совершенством выпускаемой продукции, с какой технарь жертвует прибылью ради совершенства.

Врожденного антагонизма между технарями и финансистами, конечно же, нет. Более того, в условиях жесткой конкуренции финансист может озаботиться техническим совершенством, а жесткая ограниченность средств может заставить технаря задуматься об экономии. И все же при отсутствии взаимного "против" -- у них разные "за".

Следует также учитывать, что новые отрасли и производства создают технари. Собираемый в гараже прототип для финансиста невидим: в нем нет бабла. Финансисты придут тогда, когда запахнет священным Возвратом Инвестиций. Следовательно, то, что для технаря -- любимое дитя, для финансиста -- лишь одна из струек денежной реки. При равной прибыли на тугрик вложений производство высокотехнологичных цацок и переработка еловых опилок в топливные брикеты для финансиста почти неотличимы друг от друга. Вдобавок, если технарь способен, хотя бы теоретически, признать нужность и полезность работы финансиста, то для финансиста технарь, постоянно требующий дополнительных инвестиций и переоборудования производства, есть нечто чуждое и глубоко отвратительное, вроде забастовщика.

Как же работает высокотехнологическое производство, где в одной упряжке оказываются технарские кони и трепетные лани бизнес-менеджмента?

Сперва у руля оказываются его создатели, технари. Технический уровень выпускаемой продукции высок (или, по крайней мере, повышается), но прибыли -- на взгляд специалиста -- смехотворны. Чаще всего на том история и заканчивается: систематически предпочитая совершенство всему остальному, технари своими
же руками гробят дело, и под горький плач безутешных поклонников их продукции контора накрывается медным тазом.

Если каким-то чудом производство ухитряется выжить, на шелест денежных знаков сползаются финансисты. Потихоньку просачиваясь на ключевые посты, они начинают оптимизировать производство по своим критериям. Напомню: эти критерии не антагонистичны критериям технарей, они просто другие. Поначалу вмешательство финансистов благотворно. Производство стабилизируется, совершенствуются многие процессы, на которые технари, с их специфическим углом зрения, просто никогда не обратили бы внимания, появляется возможность разжиться дорогостоящими цацками и иногда даже серьезно улучшить выпускаемые железяки.

Однако чем дальше, тем больше требования удешевить производство приходят в противоречие с основным инстинктом технарей. В конце концов, удешевлять железку, сохраняя ее техническое совершенство, можно лишь до какого-то предела (он тоже подвижен, со временем можно было бы научиться делать так же хорошо еще дешевле, но финансисту-то увеличить прибыль нужно прямо сейчас!). Когда этот предел достигнут, лишенные возможности выполнять свою миссию технари начинают потихоньку расползаться. Доходность растет, качество продукции, напротив, в лучшем случае перестает улучшаться. В худшем же, при отсутствии серьезных конкурентов, быстро падает до уровня, минимально устраивающего покупателя. Технари, приравненные в правах к каторжникам, разбегаются все быстрее, а их места занимают полуслучайные люди -- числом поболее, ценою подешевле -- которые, как и финансисты, ориентированы в первую очередь на наличные. Финансовые показатели растут, все прочее потихоньку деградирует. В конце концов, даже самые ленивые и самые преданные потребители убегают к другим поставщикам либо изобретают способы обойтись без этих железок вообще. Производство перестает нести золотые яйца, и финансистам остается только по возможности выгодно зарезать его, пока убытки не слишком велики.

Так завершается цикл.

Вероятно, подобные злоключения из-за рассогласованности целей переживают и многие другие системы. Вероятно, существует масса производств, давно и прочно застрявших в какой-то стадии процесса либо тем или иным образом ухитрившихся вернуться на предыдущие. Наверняка существуют тысячи других стабилизирующих и возмущающих факторов. Это лишь принципиальная схема взаимодействия шарообразных технарей и финансистов в вакууме. Но ее вполне достаточно для объяснения многих пакостных явлений.

http://doldonius.livejournal.com/31478.html



Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments